Подписка на новости Новости

11.09.2017

Анна Лапсуй, объехав десятки стран, мечтает жить и учиться в Каталонии

Пока ее родственники каслают по Гыданской тундре, она кочует по Европе. За плечами уже около 25 стран.

Наконец, появилось желание осесть. В Испании, не на Гыдане. Только северный человек знает истинную цену теплому, дружелюбному климату.

– Я родилась в Салехарде, мне 26 лет. В 18 лет переехала в Санкт-Петербург и осталась там жить, – начинает свой рассказ Анна Лапсуй, фотограф и путешественница. – Впрочем, первую зарубежную поездку я совершила еще в 16-летнем возрасте – вместе с классом и учителями отправились в евротур на автобусе. Тогда мы доехали до Парижа. Меня впечатлили новые люди, новые страны, новая еда – всё не так, как мы привыкли. В детстве мы с родителями ездили в Сочи, на море, но я не считаю такие организованные поездки путешествиями.

– Остается ли после странствий время на общение с родственниками, для поездок на родину?

– Конечно! Я только что вернулась из Гыды, где живут родные. Там я не просто отдыхала – снимала документальный фильм о родине, о том, что я не забываю свои корни. Вот смонтирую картину и переведу ее на английский, буду показывать друзьям в Европе.

– Родные одобряют твое увлечение кино и путешествиями?

– Им было очень интересно со мной. Они с удовольствием говорили на камеру. Я прожила на стойбище у дяди три недели. Снимала их жизнь каждый день. Я родилась в городе и об образе жизни предков, честное слово, почти ничего не знала. В детстве мы с папой выезжали иногда в тундру, к родне, но для меня это всегда был стресс, испытание. Даже пытка – скукой и тишиной. И лишь теперь, повзрослев, я поняла, что мне органически не хватает осознанных впечатлений о тундре. Вот я и вернулась за ними, вопреки присущему северянам желанию рвануть куда-нибудь на юга.

– Одного английского достаточно для путешествий? Нет ли желания обосноваться в Европе насовсем?

– По образованию я филолог, изучала немецкий язык. А еще знаю английский, испанский, французский. Обожаю европейскую культуру, она мне очень близка, именно поэтому планирую переезд… Но жизнь в Европе не сахар. Я знаю многих россиян, тех, кто, эмигрировав, страдает. Да, их устраивает уровень дохода, нравится, что вокруг нет людей с печатью обреченности на лицах, что бытовые условия в целом лучше. Но им остро не хватает русского великодушия, раздолья. Чаще всего такие люди общаются только с представителями своей диаспоры и сводят к минимуму контакты с местными жителями. Иногда они даже не знают языка страны проживания. Заняты низкоквалифицированным трудом. Я им не завидую.

– В соцсетях ты пишешь, что хочешь жить в Испании. Почему именно там?

– Еще недавно туда вообще не тянуло. Кроме того, у меня сложилось мнение, что испанцы – люди весьма шумные и эмоциональные. Но, приехав в Испанию, я в эту страну сразу влюбилась. За год выучила язык, у меня появилась масса друзей. Планирую поступить в местный университет, изучать искусство. К счастью, образование стоит не так дорого, как кажется, и можно скопить необходимую сумму. Но пока надо год поработать, желательно не в мегаполисах, где много соблазнов потратить все сбережения.

– Тебе легко вот так всё бросить и куда-то уехать?

– Проще простого! Я с детства  активный ребенок, наверное, у меня это в крови, ведь и мой старший брат тоже не любит сидеть на месте. Около шести лет он жил и работал в Индонезии, полгода на Гоа, а недавно перебрался в Питер. По образованию он менеджер, и когда ему предложили хорошую работу за рубежом – согласился. Там тепло…

– Получается, сейчас у тебя нет своего дома?

– Мой дом – это чемодан, с которым я и отправляюсь в поездки. Это здорово, но до определенного момента. За этот год я поняла, что хочу осесть, хочу квартиру со своей ванной.

– Но завтра ты опять сорвешься и куда-нибудь умчишься?

– Да, в Москву. Мой друг из Голландии через неделю делает там фестиваль электронной музыки. Я занимаюсь организационными вопросами, соцсетями, переводами, хостингом артистов. Делаем такое мероприятие в первый раз, до того организовывали только вечеринки в Москве и Питере.

– Среди твоих друзей больше россиян или иностранцев?

– Иностранцев. Я легко знакомлюсь в поездках. Последние полгода прожила в Марокко, работала волонтером и помощником преподавателя английского в языковой школе в Касабланке. Мы жили в апартаментах с другими волонтерами, в основном американцами. Несмотря на стереотипы о мусульманских странах, Касабланка – большой культурный город. Конечно, есть свои традиции, но я не ходила, замотавшись в паранджу, и девушки там одеваются довольно смело. Мои соседки по квартире – две марокканки – часто вечерами уходили в бары или на танцы, без алкоголя, просто для веселого времяпровождения. Там достаточно дружелюбно относятся к туристам. А вот американцы, кстати, обладают заоблачным самомнением! Те же европейцы понимают, что другие народы – это географические соседи. И мне ближе именно культура Старого Света, чем США.

– Тебя не пугает ситуация с беженцами в Европе?

– Я бываю в Берлине пару раз в году. Останавливаюсь у своего знакомого. Обычно вечерами я могла гулять одна, даже в парке. Но три года назад знакомый попросил, чтобы я в темное время не ходила одна, и вызвался меня сопровождать… Живут беженцы в основном компактно, в лагерях. Лично я не сталкивалась с негативным отношением с их стороны. Напротив, иной раз идешь во Франции по городу и встречаешь людей из того же Марокко. Я их приветствую на арабском, и они счастливы: «О, супер, ты тоже из Марокко? Давай с нами, мы тут кушаем!» Но всё же я для себя уже нашла свою страну – это Испания. Хочу жить в Барселоне – там не так жарко, как в Мадриде, море, бриз.

Нина Фальшунова, фото из архива Анны Лапсуй


Остальные новости раздела



Яндекс.Метрика